Татуировка[СИ] - Лина Лапина

— Она не знала, что связалась с вампирами? — я видела, что Джерри тяжело говорить об этом, но я просто должна была узнать как можно больше.

— Знала, но считала себя в безопасности, думая, что находится под покровительством… — он замялся.

— Под чьим покровительством?

— Клана Охоты.

Моему удивлению не было предела. Мне следут потренироваться в сокрытии своих эмоций, чтобы они не отражались на лице так явственно, давая собеседнику возможность насладиться произведенным эффектом. Вот и сейчас пухлые губы Джерри тронула легкая усмешка, несмотря на серьезность обсуждаемой темы.

— При чем тут Клан Охоты? — спросила я, требовательно глядя на него.

— Увы, все рассказать я тебе не могу, — Джерри развел руками, — но могу сказать, что оборотни не сдержали своего обещания защитить ее.

Я припомнила, что у меня оказалось кольцо, принадлежавшее Элис.

— Погоди минуту, — я вскочила в поиске своей куртки, оставляя Джерри недоумевать с бинтом в руках. — Вот. Это кольцо Элис, — я передала ему находку, усаживаясь обратно. — Что скажешь?

Он осторожно взял печатку двумя пальцами и вгляделся в ее символ — волчий зуб.

— Ничего особенного. Обычный символ клана, такой есть у всех членов.

— Откуда он у Элис? Она была оборотнем?

— Нет, что ты, — он рассмеялся немного нервно. — Она носила его как знак покровительства. Но он бесполезен, просто кусок металла, — он небрежно сунул мне кольцо обратно. Что это? Чувство вины? Или что–то другое?

— Как получилось, что труп в отеле приняли за Элис?

— Мы уже подъезжали к границе города, когда у нее зазвонил мобильный. Она попросила остановиться, уверяя, что это очень важный звонок. Элис знала, что ей следует быть осторожной и как можно скорее убраться из города, где Совет Кланов Крови не доберется до нее, но она до конца не осознавала всю опасность ситуации, продолжая играть с огнем. Она отошла поговорить, а когда вернулась, потребовала, чтобы я отвез ее в мотель «Лонг Брук», мы как раз находились неподалеку.

— Кто звонил?

— Сказала, какой–то Эш. Меня насторожило присутствие непомерного энтузиазма на его счет, но она сказала, что все в порядке, он ее защитит.

Эш? Тот кровосос, которого я убила. Отчего ему так доверяла Элис? И почему он убил ее позже? Ей не следовало ему верить.

— Мне не следовало ей верить, — произнес Джерри, отвлекая от раздумий. — Я отвез ее на место встречи немного раньше, чтобы успеть скрыться до того, как меня кто–либо увидит. Но я остался неподалеку, чувствуя, что что–то там было не так.

— Кто сказал тебе увезти Элис из города?

— Не могу сказать, — предугадав мое недовольство, он тут же добавил, — пока что!

— Почему?

— Потому что картина будет ясна и без этого. Через минут двадцать подъехал Джип. Оттуда вывели жрицу, оставив в номере, где была Элис, а ее саму через какое–то время посадили в машину и увезли. Я не понял, что за обмен произошел, но они вместе находились в номере довольно долго.

— Ты поехал за Джипом? Запомнил номера?

— Да, поехал. После пробил номера по базе данных, но тщетно. Машина записана на третьих лиц и поиск ничего не дал. Я старался следовать за ними незаметно. В какой–то момент я даже потерял их из виду, но сразу понял, куда они направлялись — зал Совета Клана Охоты.

— Откуда ты знаешь?

— Лучше не спрашивай, — улыбкой ответил он. — Они торчали там полночи, затем отвезли ее домой. Пока я дожидался их отъезда, чтобы пойти за Элис, показалась твоя машина. Дальнейшие события тебе известны.

Я задумалась. Из рассказа Джерри было ясно немного. Элис была как–то связана с вампирами и оборотнями, причем находясь под защитой последних. Чем таким особенным она была им интересна? И за что в итоге ее убили?

— Зачем нужно было инсценировать ее смерть, чтобы потом избавиться на следующую ночь? — обратилась к Джерри я, впрочем не ожидая толкового ответа. Он мог его просто не знать.

— Думаю, она должна была исчезнуть для вампиров, поэтому ее отвезли к оборотням. А этот Эш оказался предателем. Хотя, — отмахнулся он, — на самом деле я не имею понятия, что именно произошло и какой логикой они руководствовались. Но, несомненно, у них были серьезные мотивы поступить именно так, а не иначе.

— У кого? — уточнила я.

— У того, кто это сделал.

— Ты заговариваешься, — улыбнулась я.

— Я устал, — тихо ответил Джерри и я подумала, что, вероятно, он давно уже не спал, спасая меня из перестрлок, оберегая мой покой, готовя завтрак и обрабатывая мои раны.

— Отдохни, — я мягко накрыла его ладонь своей, с благодарностью глядя в его лицо, когда он завязал последний бантик на моей перевязке. Я, наконец, заметила, каким измученным он был и укорила себя за эгоизм. Джерри кивнул, собираясь унести тазик с почерневшей от моей крови водой, но я перехватила его. — Я отнесу.

Он кивнул еще раз, отдавая мне влажное полотенце, которым только что протерел руки.

— В этой халупе есть ванная? — оглянулась я, уже приоткрыв входную дверь.

— Да, но это чердак, так что тебе придется спуститься на этаж ниже — она прямо под нами. Она там общая, вторая дверь направо от лестницы, — пробурчал Джерри, зарываясь лицом в подушку, на которой спала до этого я. Он обхватил ее руками, лежа на животе, не разувшись, в расстегнутой рубашке.

Глава Шестая

Ванная комната оказалась лучше, чем я ожидала. Никаких следов насекомых или грызунов. Легкий аромат хлорки и сырости. Кое–где протиснулись пятна плесени, но это меня не шокировало.

Лампа гудела и изредка мигала. Подойдя к раковине и попытавшись включить горячую воду, которой, к сожалению, не оказалось, я умылась холодной водой и это меня слегка оживило. В зеркале над раковиной отразилось уставшее лицо с темными кругами вокруг век. Они заметно контрастировали с бирюзовым цветом радужной оболочки моих глаз. «Свежа как роза», — невесело усмехнулась я.

На голове царил жуткий беспорядок. Волосы спутались и топорщились во все стороны. Где бы взять расческу? «Попрошу у Джерри!», — осенило меня и я улыбнулась. «Ведь у него такие чудесные волосы», — подумала я, приглаживая непокорную шевелюру, «у него обязательно должна быть расческа». Я облокотилась руками по обеим сторонам от зеркала и внимательно вгляделась в свое отражение. Сколько мне лет? Уже за тридцать, а я все еще выгляжу как в тот день, когда прошла инициацию. Я была студенткой, юной и неопытной ни в любви, ни в жизни. Почему Марк выбрал меня? Почему ушел потом? У него был шанс остаться в живых, нужно было лишь позволить мне быть самостоятельной. Он хорошо меня научил, но мне не хватало уверенности и, возможно, смелости. Я позорно струсила и он принял весь удар на себя. Никогда не прощу себе его смерть. Еще при жизни, Марк уверял меня, что нет моей вины в гибели отца и я верила каждому его слову. Но его собственная смерь доказала, что он, все же, был не прав.